<< Главная страница

Лоренс Блок. Отзывается на кличку солдат




В Портленд Келлер прилетел рейсом "Юнайтед эйрлайнс".
В полете из аэропорта Кеннеди до аэропорта О'Хары читал журнал, на земле перекусил, а когда летели из Чикаго в Портленд, смотрел фильм. Без четверти три по местному времени спустился по трапу с чемоданчиком в руке. До отлета в Роузберг оставалось меньше часа.
Однако, взглянув на самолет местной авиакомпании, вылетавший в Роузберг, он направился к стойке "Хертца" и сказал, что ему нужен автомобиль на несколько дней. Предъявил водительское удостоверение, кредитную карточку и получил "форд таурас" с пробегом в три тысячи двести миль. Сдавать билет на рейс Портленд=Роузберг он не стал.
Сотрудник "Хертца" объяснил ему, как выехать на автостраду I-5. Повернув в нужном направлении, он погнал "таурас" со скоростью, лишь на три мили превышающую разрешенную. Остальные ехали на несколько миль быстрее, но он никуда не спешил, да и не хотел, чтобы полиция лишний раз заглядывала в его водительское удостоверение.
В Роузберг он прибыл еще до темноты. Номер он заказал заранее в "Дуглас инн" на Стефенс=стрит. Нужную ему улицу он нашел без труда. Номер ему отвели на втором этаже, окнами на улицу, но он попросил портье дать ему другой, этажом выше и окнами во двор.
Он распаковал вещи, принял душ. В телефонном справочнике нашел карту Роузберга, долго изучал ее, потом вырвал из справочника, сложил, сунул в карман и отправился на прогулку. Салон полиграфических услуг находился лишь в нескольких кварталах, на Джонсон=стрит, зажатый между табачным магазином и фотостудией с выставленными в окне свадебными фотографиями. Объявление в витрине "Быстрой печати" предлагало заказать приглашения на свадьбу, с тем, чтобы попасться на глаза женихам и невестам, приходящим договариваться с фотографом.
"Быстрая печать", разумеется, уже закрылась, как и табачный магазин, фотостудия, ювелирный магазин, торгующий в кредит и расположившийся по другую сторону фотостудии, и, как догадался Келлер, все остальные магазины. Келлер проследовал дальше. Увидел вывеску мексиканского ресторана, купил в автомате местную газету и прочитал ее, пока ел грудку курицы. Готовили в Роузберге отлично, стоила еда совсем ничего. В Нью=Йорке, подумал он, с него слупили бы в три или четыре раза больше, да еще пришлось бы постоять в очереди.
Обслуживала его хрупкая блондинка, совсем не мексиканка. Короткая стрижка, в больших очках, с кольцом, свидетельствующем о помоловке, на соответствующем пальце, тоненьком, с бриллиантиком. Может, подумал Келлер, он и ее жених брали кольцо в том самом ювелирном магазине, что торговал в кредит. Может, они договаривались о фотографиях на свадьбе в фотолаборатории по соседству. Может, просили Берта Инглмана отпечатать приглашения. Качественная печать, разумные цены, быстрое исполнение заказов.
Утром он вернулся к "Быстрой печати" и посмотрел в витрину. Женщина с каштановыми волосами сидела за серым металлическим столом и разговаривала по телефону. Мужчина в рубашке с короткими рукавами стоял у копировальной машины. Очки в тяжелой роговой оправе, стрижка ежиком. Он сильно полысел, отчего казался старше, но Келлер знал, что ему тридцать восемь.
Келлер постоял перед ювелирным магазином, представляя себе, как официантка и ее жених выбирают кольца. Разумеется, два кольца. А потом что=то выгравировали на внутренней поверхности, надписи, которые них двоих никто не увидит. Они поселятся в квартире? Скорее всего, решил он, пока не накопят денег, чтобы внести первый взнос за дом. Все торговцы недвижимостью делали упор на первый взнос, напомнил он себе.
В магазинчике в соседнем квартале он купил пачку нелинованной бумаги и фламастер. Испортил четыре листа, прежде чем добился нужного результата. Войдя в "Быструю печать", показал свой труд женщине с каштановыми волосами.
- Убежала собака. Хочу напечатать несколько объявлений и развесить их по городу. На листке женщина прочитала:
"ПРОПАЛА СОБАКА. НЕМЕЦКАЯ ОВЧАРКА. ОТКЛИКАЕТСЯ НА КЛИЧКУ СОЛДАТ. ПОЗВОНИТЕ 765-1904."
- Надеюсь, он найдется,- в голосе женщины слышалось сочувствие.- Это он, не так ли? Солдат вроде бы кличка кобеля, но всякое может быть.
- Он кобель,- кивнул Келлер.- Может, внести уточнение?
- Думаю, это неважно. Вы не хотите предложить вознаграждение? Обычно его предлагают, хотя я не знаю, есть ли от этого прок. Если б я нашла чью=то собаку, я бы не думала о вознаграждении. Просто отвела бы собаку хозяину.
- Не все так рассуждают. Может, действительно написать о вознаграждении. Я как=то не подумал об этом, он оперся руками о стол, посмотрел на исписанный лист.- Даже не знаю. Как=то не смотрится. Может, набрать его шрифтом? Как вы думаете?
- Трудно сказать. Эд, подойди на минутку.
Подошел мужчина в роговых очках и сказал, что объявление о пропаже собаки, написанное от руки, смотрится лучше.
- Я, конечно, могу напечатать его, но советую оставить так, как есть. На него обратит внимание больше людей.
- Разумеется, событие это не вселенского масштаба,- вздохнул Келлер.- Но жена очень привязана к псу, и мне хотелось бы найти его, если это возможно. Но у меня такое чувство, что ничего из этого не выйдет. Меня зовут Гордон. Эл Гордон.
- Эд Вандермеер,- представился мужчина.- А это моя жена, Бетти.
- Рад с вами познакомиться. Я думаю, пятидесяти копий достаточно. Больше, чем достаточно, но я закажу пятьдесят. Сколько на это уйдет времени?
- Я сделаю их при вас. Через три минуты все будет готово. Вам это обойдется в три доллара и пятьдесят центов.
- От такого предложения отказаться невозможно,- Келлер достал фламастер.- Дайте=ка я впишу пару слов насчет вознаграждения.
Вернувшись в мотель, позвонил в Уайт-Плейнс. Трубку взяла женщина.
- Дот, соедини меня с ним,- продолжить он смог лишь через пару минут.- Да, я добрался. Это он, все точно. Теперь называет себя Вандермеером. А его жена по-прежнему Бетти.
Мужчина в Уайт=Плейнс спросил, когда он вернется.
- Сегодня у нас что, вторник? Я забронировал билет на пятницу, но, возможно, задержусь дольше. Спешить смысла нет. Тут отлично кормят. И телевизоры мотеля подсоединены к кабельному каналу. Я выжду удобный момент. Все равно Инглман никуда не денется.
На ленч он пошел все в тот же мексиканский ресторан. Заказал мясное ассорти. Официантка спросила какой соус чили он хочет, красный или зеленый.
- Который острее,- ответил он.
Может, дом на колесах, подумал он. Купить его можно задешево, с двумя комнатами, отличное начало для нее и ее жениха. А может, им надо сразу брать двухэтажный коттедж и сдавать один этаж. Аренда - штука хорошая, быстро себя окупает. Ей не придется больше обслуживать клиентов, а со временем и у него отпадет необходимость корячиться на лесопилке, тревожась о том, что из=за падения спроса его могут отправить в отпуск без сохранения содержания.
День он провел, гуляя по городу. В оружейном магазине его владелец, некто Макларендон, снял несколько винтовок и ружей со стены и позволил ему примериться к каждому. Поверху стену украшал лозунг: "ХОЧЕШЬ УБИТЬ ЧЕЛОВЕКА - ПРИЦЕЛЬСЯ КАК СЛЕДУЕТ". Келлер поговорил с Макларендоном о политике и социоэкономике. Не требовалось большого ума, чтобы оценить взгляды Макларендона и подкорректировать свои.
- Что я хотел бы купить, так это револьвер.
- Вы хотите защитить себя и свою собственность,- покивал Макларендон.
- Именно так.
- И своих близких.
- Естественно.
Он позволил Макларендону продать ему револьвер. В городе соблюдался особый порядок продажи: выбираешь оружие, заполняешь специальный бланк, а через четыре дня возвращаешься, расплачиваешься и забираешь покупку.
- С головой у вас все в порядке?- спросил Макларендон.- Вы не собираетесь высовываться из окна автомобиля и палить в патрульного по дороге домой?
- Это вряд ли.
- Тогда я покажу вам один фокус. На бланке мы поставим дату задним числом, будто четыре дня уже прошло. У меня такое ощущение, что оружие вы будете использовать только по назначению.
- Вы неплохо разбираетесь в людях.
Макларендон заулыбался.
- В моем бизнесе без этого нельзя.
Городок ему понравился. Маленький и опрятный. Садишься в машину, десять минут, и ты уже на природе.
Келлер съехал на обочину, выключил двигатель, опустил стекло. Достал из одного кармана револьвер, из другого - коробку с патронами. Он купил револьвер тридцать восьмого калибра с коротким, в два дюйма стволом. Макларендон хотел продать ему что=нибудь по=увесистее, по=мощнее. Если б у Келлера возникло такое желание, Макларендон с радостью продал ему базуку.
Зарядив револьвер, Келлер вышел из машины. В двадцати ярдах лежала банка из=под пива. Келлер прицелился, держа револьвер одной рукой. Несколько лет назад в телевизионных полицейских сериалах начали стрелять, сжимая револьвер двумя руками, и теперь телеполицейские вышибали двери и вырвались в комнаты, держа револьвер перед собой, словно пожарный шланг. Келлер полагал, что выглядят они при этом очень глупо. Он бы так не смог.
Он нажал на спусковой крючок. Револьвер подпрыгнул в руке, он промахнулся на несколько футов. А грохот выстрела еще долго отдавался в ушах.
Он целился в дерево, цветок, белый булыжник размером с кулак, но так и не мог заставить себя вновь нажать на спусковой крючок, нарушить тишину еще одним выстрелом. Да и зачем? Если ему и придется стрелять, то с близкого расстояния, промахнуться с которого невозможно. Подходишь вплотную, наставляешь револьвер, стреляешь. Не Бог весть какая премудрость. Это тебе не нейрохирургия. Такое по силах каждому.
Он загнал патрон в пустое очко барабана и убрал револьвер в бардачок. Остальные патроны из коробки высыпал в ладонь, отошел на несколько ярдов от дороги и выбросил в поле. Коробка полетела в кювет, а сам он вновь сел за руль.
Незачем возить с собой лишнее, подумал он.
Вернувшись в город, он проехал мимо "Быстрой печати", чтобы убедиться, что полиграфический салон все еще открыт. Затем, сверяясь с картой, он нашел дом 1411 по Коуслип=лайн, старинный двухэтажный особняк в северной части города. Аккуратно подстриженная зеленая лужайка, клумбы с розами по обе стороны тропинки, проложенной от подъездной дорожки к крыльцу.
В рекламном буклете, который он нашел в номере, говорилось, что розы - гордость местных садоводов. Но город назвали в честь не цветка, а Аарона Роуза, одного из первых поселенцев.
Знает ли об этом Инглман, подумал он.
Он объехал квартал, припарковал автомобиль на другой стороне улицы, в двух домах от особняка Инглманов. Вандермеер, Эдвард, значилось на почтовом ящике. Келлер решил что фамилия выбрана довольно необычная. Задался вопросом, выбирал ли ее Инглман сам или ему присоветовали феды*. Скорее, последнее, решил он. "Вот ваша новая фамилия,
- наверняка сказали ему.- Здесь вы будете жить, а здесь - работать". В этом что=то есть, отметил для себя Келлер. Тебя освобождают от необходимости принимать решение. Вот твоя новая фамилия, вот твое новое водительское удостоверение с уже вписанными в него твоими новыми именем и фамилией. В твоей новой жизни тебе нравится чистить картошку, укусы пчел вызывают у тебя аллергию и твой любимый цвет - синий.
Бетти Инглман теперь стала Бетти Вандермеер. Почему не изменилось ее имя, удивился Келлер. Или они не доверяли Инглману? Держали его за придурка, боялись, что в самый неподходящий момент он назовет жену Бетти? А может, это случайность, просчет?
Примерно в половине седьмого Инглманы вернулись с работы. Приехали они на "хонде" с местными номерами.
-----------------------------------------------------
* Прозвище агентов ФБР
Очевидно, по пути домой заезжали за продуктами. Инглман поставил машину на подъездной дорожки, Бетти достала с заднего сидения пакет с покупками. Затем загнал "хонду" в гараж и вслед за женой прошел в дом.
Келлер наблюдал, как в комнатах зажегся свет. Еще долго его машина стояла на месте. В "Дуглас инн" он поехал, когда уже начало смеркаться.
По кабельному каналу Келлер посмотрел фильм о банде, приехавшей в маленький техасский городок, чтобы ограбить в банк. В банду входила и женщина, жена одного грабителя и любовница второго. Келлер сразу понял, что от такого треугольника толку не будет. И действительно, все закончилось стрельбой и покойниками.
Когда он выключал телевизор, его взгляд упал на стопку отпечатанных Инглманом объявлений: "ПРОПАЛА СОБАКА. НЕМЕЦКАЯ ОВЧАРКА. ОТКЛИКАЕТСЯ НА КЛИЧКУ СОЛДАТ. ПОЗВОНИТЕ 765-1904. ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ"
Прекрасная сторожевая собака, подумал Келлер. Заботится о детях.
Чуть позже он вновь включил телевизор. Спать он всегда ложился поздно, зато вставал ближе к полудню. Опять пошел в мексиканский ресторан. Плотно позавтракал.
Наблюдал за руками официантки, когда она подавала еду, вновь, когда убирала пустые тарелки. Свет играл на маленьком бриллианте. Может, она и ее муж поселятся на Коуслип-лайн. Не сразу, конечно, сначала им придется начать с дома на колесах или коттеджа, но мечтать=то не вредно. Со временем прикупят и особняк. Да еще с мансардой. Почему нет?
По дороге в ресторан он купил газету, раскрыл страницу объявлений, прочитал предложения риэлтеров. Дома вроде бы стоили недорого. Того, что ему платили за недельную работу, вполне хватило, чтобы оплатить половину многих из них.
А ведь был еще сейф в банке, он арендовал его под фамилией, которой пользовался только для этой цели. Там лежало достаточно денег для покупки любого дома. Если бы он мог заплатить наличными. Нынче люди с подозрением относились к наличным. Почему=то считалось, что крупные суммы наличными - обязательно грязные деньги.
А впрочем, какое ему до этого дело? Он жить в Роузберге не собирался. Вот официантка тут жить могла, в аккуратном домике с мансардой.
Инглман стоял у стола жены, когда Келлер вошел в "Быструю печать".
- Привет,- поздоровался он.- Вам удалось найти Солдата?
Он запомнил кличку, отметил Келлер.
- Между прочим, пес вернулся сам. Наверное, решил получить вознаграждение.
Бетти Инглман рассмеялась.
- Видите, как быстро сработали ваши объявления,- продолжил Келлер.- Они привели собаку домой еще до того, как я их расклеил. Впрочем, они мне еще пригодятся. У Солдата свербит в ногах, скоро он опять удерет.
- Главное, чтобы он возвращался,- улыбнулась Бетти.
- Вот чего я к вам зашел. В городе я недавно, как вы могли догадаться. Хочу организовать новую фирму и мне нужно кое=что отпечатать. Можем мы с вами поговорить? У вас есть время выпить чашечку кофе?
Очки мешали прочитать выражение глаз Инглмана.
- Конечно. Почему нет?
Они вышли на улицу, зашагали к углу. Келлер хвалил погоду, Инглман с ним соглашался. На углу Келлер остановился.
- Так где мы выпьем кофе, Берт?
Инглман остолбенел.
- Я это знал,- вырвалось у него.
- Я понял, что знаете, как только вошел сегодня в ваш салон. Откуда?
- Телефонный номер на объявлении. Я позвонил по нему вчера вечером. Они никогда не слышали о мистере Гордоне.
- Значит, вы узнали еще вчера. Разумеется, вы могли ошибиться в номере.
Инглман покачал головой.
- Я его не запоминал. Я напечатал себе экземпляр объявления и набирал номер, глядя на него. Никакого мистера Гордона и его потерявшейся собаки. Но мне кажется, что все понял еще раньше. Как только вы первый раз вошли в дверь.
- Давайте выпьем кофе,- предложил Келлер.
Они вошли в закусочную "Радуга" и выпили кофе за столиком в углу. Инглман бросил в свою чашку крупинку заменителя сахара, долго размешивал ее ложечкой, словно кусок рафинада. В недалеком прошлом он работал бухгалтером у мужчины, которому Келлер звонил в Уайт=Плейнс. Когда феды попытались возбудить уголовное дело против босса Инглмана, они прежде всего надавили на бухгалтера. Сам Инглман преступником не был, практически ничего не знал, но ему сказали, что его упекут в тюрьму, если он не станет свидетелем обвинения и не даст показания. А если даст, то получит новую фамилию взамен прежней, новый дом и новую работу в далеком городе. Если нет - следующие десять лет он будет раз в месяц видеть жену через решетку.
- Как вы меня нашли?- полюбопытствовал он.- Кто=то проболтался в Вашингтоне?
Келлер покачал головой.
- Дело случая. Кто=то увидел вас на улице, узнал вас, проводил до дому.
- Здесь, в Роузберге?
- Едва ли. Вы уезжали из города неделю тому назад или около того?
- О, Господи,- выдохнул Инглман.- На уик=энд мы ездили в Сан=Франциско.
- Тогда все ясно.
- Но я думал, мне ничего не грозит. В Сан=Франциско я никого не знаю. Никогда там не бывал. У нее был день рождения, мы решили, что нам ничего не грозит. Я не знаю там ни единой души.
- Кто-то вас увидел.
- И следил за нами до Роузберга?
- Понятия не имею. Может, они записали номерные знаки вашего автомобиля. Может, заглянули в регистрационную книгу отеля, в котором вы останавливались. Какая разница?
- Действительно, никакой.
Он поднял чашку и долго смотрел на темную жидкость.
- Вы все поняли вчера,- нарушил молчание Келлер.- Вы кому=нибудь позвонили?
- Кому?
- Вам лучше знать. Есть программа защиты свидетелей. Следовательно, есть человек, к которому вы можете обратиться в подобной ситуации.
- Кому=то я могу позвонить?- Инглман поставил чашку на стол.- Программа эта мало чего дает. Когда тебе о ней рассказывают, все очень гладко, да вот исполнение оставляет желать лучшего.
- Я об этом слышал.
- Так или иначе, я никому не звонил. Что они могут сделать? Скажут, что возьмут мой дом и полиграфический салон под наблюдение и арестуют вас? Даже если они найдут, в чем вас обвинить, какой мне от этого прок? Нам опять придется переезжать, потому что противном случае этот парень пришлет кого=нибудь еще, так?
- Полагаю, что да.
- А я не хочу переезжать. Мы уже переезжали три раза, и я не знаю, почему. Я думаю, это часть программы, несколько переездов в течение первых двух лет. Здесь мы впервые пустили корни, "Быстрая печать" дает прибыль и мне все это нравится. Нравится город и дело, которым я занимаюсь. Я не хочу уезжать.
- Городок неплохой.
- Вы правы,- кивнул Инглман.- Лучше, чем я ожидал.
- И в бухгалтеры вас больше не тянет?
- Никогда в жизни. Наелся досыта, можете мне поверить. Сами видите, к чему это привело.
- Вам же не обязательно работать на преступников.
- А как узнать, кто - преступник, кто - нет? Я больше не хочу совать нос в чужие дела. Лучше иметь свое дело, работать на пару с женой, у всех на виду. Если вам нужны бланки, визитные карточки, приглашения, я вам их с радостью изготовлю. В полном соответствии с вашими пожеланиями.
- Как вы этому обучились?
- Оборудование мы взяли в аренду. А научиться им пользоваться - минутное дело.
- Не шутите?
- Говорю вам, пара пустяков.
Келлер выпил кофе. Спросил Инглмана, в курсе ли жена, выяснил, что нет.
- Это хорошо. Ничего ей не говорите. Я бизнесмен, организую новое предприятие, мне нужны визитки и все прочее, но я стесняюсь говорить о деле при женщинах, поэтому время от времени мы будем уходить и пить кофе.
- Как скажете,- пожал плечами Инглман.
Бедняга перепугался, подумал Келлер.
- Видите ли, я не хочу причинять вам вреда, Берт. Если б хотел, мы бы с вами не разговаривали. Я приставил бы револьвер к вашей голове и на том все бы и кончилось. Вы видите у меня револьвер?
- Нет.
- Если я этого не сделаю, они пошлют кого=то еще. Если я вернусь, не выполнив задания, они захотят узнать, что мне помешало. Так что надо помозговать, найти оптимальное решение. Уезжать вы не хотите?
- Нет. Уже наездился.
- Ладно, я что=нибудь придумаю. Несколько дней у меня есть. Я Обязательно что=нибудь придумаю,- пообещал Келлер.
После завтрака Келлер поехал к одному из риэлтеров, предложения которых он прочитал в газете. Женщина того же возраста, что и Бетти Инглман, показала ему три дома. Все скромные, но уютные, по цене от сорока до шестидесяти тысяч долларов.
Той суммы, что лежала в банковском сейфе, хватило бы на любой.
- Вот ваша кухня. Вот ваша ванная. Вот ваш огороженный дворик,- повторяла женщина в каждом доме.
- Я обязательно с вами свяжусь,- Келлер взял ее визитную карточку.- Я сейчас обсуждаю с моими деловыми партнерами взаимовыгодную сделку и многое будет зависеть от исхода переговоров.
На следующий день он и Инглман встретились за ленчем. Все в том же мексиканском ресторане. Инглман не ел ничего острого.
- Помните, я же работал бухгалтером*.
- Теперь вы полиграфист. Полиграфистам острое только на пользу.
- Не этому полиграфисту. У него желудок бухгалтера.
За едой они выпили по бутылке пива. Келлер выпил еще одну на десерт. Инглман предпочел чашечку кофе.
- Если б у меня был дом с огороженным двориком, я бы мог завести собаку и не волноваться о том, что она убежит,-
---------------------------------------------------
* Профессиональная болезнь бухгалтеров - язва желудка заметил Келлер.
- Наверное, могли бы,- поддакнул Инглман.
- В детстве у меня был пес. Два года. Его звали Солдат.
- Я еще подумал, с чего такая кличка.
- Не овчарка. Маленькая собачонка. Наверное, терьер.
- Он убежал?
- Нет, попал под автомобиль. Бросился на другую сторону улицы, не обращая внимания на машины. Водитель ничего не смог поделать.
- А почему вы так его назвали?
- Забыл. Наверное, не хотел называть собаку, как все. Надоели эти Фидо, Ровер, Спот. Все равно, что регистрироваться в отеле, как Джон Смит. Вот я и соригинальничал, дал ему кличку Солдат. Я уже много лет не вспоминал о нем.
После ленча Инглман вернулся в полиграфический салон, а Келлер - в мотель, за автомобилем. Выехал из города по той же дороги, что и день, когда купил револьвер. На этот раз проехал на несколько миль больше, прежде чем свернуть на обочину и заглушить двигатель.
Он вытащил револьвер из бардачка, вращая барабан, высыпал патроны на ладонь. Выбросил их в кювет, затем зашвырнул револьвер в придорожные кусты.
Макларендон пришел бы в ужас, подумал он. Чтобы его покупатель вот так обращался с оружием! Видать, он все=таки не слишком хорошо разбирался в людях.
Он сел за руль и вернулся в город.
Позвонил в Уайт=Плейнс. Как всегда, трубку взяла женщина.
- Можешь его не беспокоить, Дот. Просто скажи, что сегодня прилететь не смогу. Я перенес бронь на вторник. Скажи ему, что все в порядке, только времени придется потратить чуть побольше, как я и предполагал.
Она спросила, какая у него погода.
- Хорошая. Очень хорошая. Слушай, а может, в этом все дело? Если б шел дождь, я бы уже летел домой.
Салон "Быстрая печать" по субботам и воскресеньям не работал. Келлер позвонил Инглману домой и спросил, не хочет ли тот прокатиться по окрестностям.
- Я за вами заеду,- предложил он.
Когда он подъехал, Инглман уже стоял на тротуаре перед домом. Сел, застегнул ремень безопасности.
- Хорошая машина.
- Я взял ее напрокат.
- Разумеется, не ехать же вам в такую даль на своей. Знаете, вы меня напугали. Когда предложили прогуляться. Вы же знаете, что означает эта фраза на гангстерском жаргоне. Речь обычно одет о последней прогулке.
- Наверное, нам стоило поехать на вашем автомобиле. Вы бы могли показать мне здешние достопримечательности.
- Вам здесь нравится?
- Очень. Я даже подумал, а не осесть ли мне в Роузберге.
- А он никого не пошлет?
- Думаете, пошлет? Не знаю. Он не лез из кожи ради того, чтобы вас найти. Поначалу=то лез, но со временем все забылось. А потом кто=то углядел вас в Сан=Франциско, и он, естественно, велел мне съездить сюда и разобраться с вами. Но, если я не вернусь...
_ Потрясенный красотами Роузберга,- вставил Инглман.
- Не знаю, Берт, между прочим, не такой уж плохой городок. Наверное, мне надо с этим кончать.
- С чем?
- Звать вас Берт. Теперь же вы Эд, так почему я не зову вас Эд? Что вы об этом думаете, Эд? Неплохо звучит, Эд, старина.
- А как мне называть вас?
- Эл. Мне повернуть здесь налево?
- Нет, через два квартала. Выедем на шоссе, которое проложено по очень красивым местам.
- Вам этого недостает, Эд?- спросил он какое=то время спустя.
- Вы про работу на него?
- Нет, я про город.
- Нью=Йорк? Я никогда не жил в самом городе. Ездил из Уэстчестера.
- Я имею в виду весь мегаполис. Хочется туда вернуться?
- Нет.
- Вот и я не знаю, хочется мне возвращаться или нет,- он молчал минут пять.- Мой отец был солдатом, его убили на войне. Поэтому я и назвал собаку Солдат.
Инглман промолчал.
- Если только моя мать не врала мне,- продолжил Келлер.
- Не думаю, что она выходила замуж и вообще знала, кто мой отец. Но когда я давал кличку собаке, таких мыслей у меня не было. Глупо, конечно, называть собаку в честь отца, но так уж получилось.
Воскресенье он провел в номере, смотрел по телевизору спортивные передачи. Мексиканский ресторан не работал. На ленч он сходил в "Уэнди", на обед - в "Пицца=Хат". В понедельник, в полдень, вернулся в мексиканский ресторан. С газетой в руке. Заказал то же, что и первый раз, грудку курицы.
Когда официантка принесла кофе, спросил: "Скоро свадьба?"
Она удивленно посмотрела на него.
- Свадьба,- повторил он и указал на кольцо.
- А, вы про это. Я даже не помолвлена. Это кольцо моей матери от ее первого брака. Она никогда его не носит, вот я и попросила у нее это кольцо. Она дала. Раньше я носила его на другой руке, но на этой оно смотрится лучше.
Внезапно в нем закипела злость. Он нарисовал ей такую красивую жизнь, а она все испортила. Чаевые он оставил обычные, долго гулял по городу, часто останавливаясь перед витринами, переходя с одной улицы на другую.
Я мог бы и жениться на ней, думал он. Кольцо у нее уже есть. Эд напечатал бы приглашения на свадьбу, только кого ему приглашать?
Они приобрели бы дом с огороженным двориком, завели собаку.
Чушь какая=то. решил он. Полная чушь.
Когда подошло время обеда, он растерялся. В мексиканский ресторан идти определенно не хотелось, куда=то еще - тоже. Еще одна мексиканская трапеза, подумал он, и я пожалею о том, что выкинул револьвер и не могу покончить с собой.
Он позвонил Инглману домой.
- Послушайте, есть важное дело. Не могли бы мы встретиться в вашем салоне?
- Когда?
- Чем быстрее, тем лучше.
- Мы как раз собрались обедать.
- Обед - это святое. Сейчас половина восьмого, так? Давайте встретимся через час.
Он стоял у фотостудии, когда Инглман припарковал "хонду" у входа в полиграфический салон.
- Извините, что побеспокоил вас, но возникла одна идея. Мы можем войти? Я хочу кое=что посмотреть.
Инглман открыл дверь, они вошли. Келлер говорил и говорил. О том, что вроде бы придумал, как ему остаться в Роузберге и не волноваться об этом человеке из Уайт=Плейнс.
- Вот эта машина,- он указал на один из копиров.- Как она работает?
- Как она работает?
- Для чего этот выключатель.
- Этот?
Инглман наклонился вперед, Келлер достал из кармана удавку=струну и накинул ее на шею Инглману=Вандермееру. Гаррота - штука хорошая. Эффективная и, главное, бесшумная. Келлер положил тело Инглмана так, чтобы с улицы его не увидели, протер те поверхности, где могли остаться отпечатки его пальцев, потушил свет, закрыл за собой дверь.
Из "Дуглас инн" он уже выписался, так что покатил прямо в Портленд, разумеется, не превышая разрешенной скорости. Полчаса ехал в тишине, потом включил радио, постарался найти станцию, которую смог бы слушать. Не нашел, выключил радио.
Миновав Юджин, задал вслух риторический вопрос: "Господи, Эд, а что еще мне оставалось?"
В Портленде он снял номер в мотеле неподалеку от аэропорта. Утром вернул автомобиль в "Хертц" и просидел над чашечкой кофе, пока не объявили посадку на его рейс.
Он позвонил в Уайт=Плейнс, как только самолет приземлился в аэропорту Кеннеди.
- Все в порядке. Подъеду завтра. Я сейчас хочу домой, надо поспать.
На следующее утро, в Уайт=Плейнс, Дот спросила его, понравился ли ему Роузберг.
- Более чем. Хороший город, милые люди. Я даже хотел там остаться.
- О, Келлер,- воскликнула она.- И что ты там делал, осматривал выставленные на продажу дома?
- Не только.
- Куда бы не поехал, везде тебе хочется остаться.
- Хороший город,- упорствовал он.- Все гораздо дешевле, чем здесь. Я мог бы там жить в свое удовольствие.
- Неделю,- уточнила она.- А потом сошел бы с ума.
- Ты действительно так думаешь?
- Да перестань,- отмахнулась она.- Роузберг, штат Орегон. Это же надо такое сказать!
- Наверное, ты права. Наверное, больше недели я бы там не выдержал.
Несколько дней спустя, выворачивая карманы перед тем, как сдать одежду в чистку, он наткнулся на карту Роузберга и ту же вспомнил полиграфический салон "Быстрая печать", мотель "Дуглас инн", дом на Коуслип=лайн. Мексиканский ресторан. Оружейный магазин. Дома, которые показывала ему женщина=риэлтер.
Он сложил карту и сунул ее в ящик комода. Месяц спустя наткнулся на нее, поначалу не мог понять, откуда она взялась. Потом рассмеялся. Порвал пополам, еще раз пополам и положил в мешок с мусором.
Перевел с английского Виктор Вебер
Лоренс Блок. Отзывается на кличку солдат


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация